Интернет против Телеэкрана, 29.07.2014
Кому нужна «китайска угроза»?
Холмогоров Е.

У России на Северо-Востоке лишь три союзника – нефть, золото и вечная мерзлота. И если она сможет овладеть ими и пустить себе на пользу, то «Лена-ленд» рассосется с геополитических карт, как призрак

Когда глава государства посещает тот или иной регион, ему положено делать заявления, которые жителей этого региона заинтересуют, обрадуют и вдохнут в них веру в существующие власти. Большая часть этих заявлений потом благополучно забывается, а потому от серьезного их анализа общество отвыкло. И на сей раз заявлениям Владимира Путина, сделанным в Магадане, боюсь, уготована та же судьба.

Между тем, заявления эти заслуживают лучшей участи, поскольку касаются вопросов принципиальных для нашего долгосрочного экономического и геополитического развития.

Первое из этих заявлений — выраженное главой государства намерение представить значительные налоговые льготы кампаниям, которые займутся освоением ресурсов удаленных месторождений нефти и газа в Восточной Сибири. Восточносибирский вопрос является для геоэкономики и геополитики России одним из ключевых. Либо мы сумеем в достаточно короткий срок поднять и закрепить за собой тамошние ресурсы, либо Россию постараются попросту вывести под белы руки из этого региона, ссылаясь на то, что там сосредоточены слишком важные для мирового сообщества богатства, чтобы позволять русским сидеть на них как собаке на сене. Причем так вопрос будет стоять вне зависимости от того, сохранится ли в России нынешний постдемократический режим, или ему на смену придет какой-то более национальный (о менее национальном, «оранжевом») я вообще не говорю. И в том, и в другом случае Восточную Сибирь и Дальний Восток у нас попытаются силой или уговорами изъять, используя в качестве дополнительного аргумента «китайскую угрозу».

Геополитический базис под эти проекты подведен уже давно. Еще Хартфорд Маккиндер, отец англосаксонской геополитики, после ряда манипуляций со своей теорией изъял из состава Хартленда, прочно контролируемого Континентальной державой, Восточную Сибирь и Дальний Восток, дал им специальное название Лена-ленд, что должно было означать теоретическую возможность контроля над этим регионом со стороны Морской державы. Угроза появления вместо востока России Лена-ленда впервые обнажилась в конце Гражданской войны, когда после разгрома Колчака Советской России пришлось признавать временное существование буферной ДВР, и эта же угроза преследует нас все 1990-е и начало 2000-ных годов.

Причем с появлением планов передачи этих регионов в управление олигархам, да не каким-нибудь, а тесно связанным с Великобританией, сначала Чукотки Абрамовичу, затем – Камчатки Вексельбергу, ощущение надвигающейся на Дальний Восток угрозы непрерывно нарастало. Фоном для этого служила все возрастающая депопуляция русского Северо-Востока, которую тот же Абрамович, охотно финансирующий чукчей, полностью поддерживал и даже предлагал ускорить. Государственные программы освоения региона прекратились, частные не начинались, да и не были выгодны. И единственным средством удержания Северо-Востока для современной России является вовлечение в его освоение российского же бизнеса, а также значительного количества частных лиц, «индивидуальных предпринимателей», людей, личные интересы которых будут теснейшим образом связаны с суверенитетом России над регионом.

И в этом смысле еще более важным предложением, нежели льготы кампаниям, качающим нефть, является предложение Путина фактически спровоцировать «золотую лихорадку», разрешив частную золотодобычу. Для послереволюционной России такое решение само по себе революционно. До сих пор золото могли добывать только юридические лица. Минприроды, выдвинувшее предложение о снятии ограничений для рынка золота и золотодобычи, рассчитывает за счет этого увеличить общую золотодобычу с 168 тонн в год до 250. А Путин пообещал снизить налоги на покупку золотых слитков, о чем его попросили золотодобытчики. Логика этого предложения проста. Золото должно стать более доходным и надежным средством хранения капиталов, нежели доллар и евро.

Тем самым, в свою очередь, была бы решена давно беспокоившая национальных экономистов проблема тотальной зависимости российских сбережений от валют западных стран. Зависимости, фактически уничтожающей экономический суверенитет России, ведь сегодня даже пресловутый Стабилизационный фонд хранится в облигациях государственного долга США, финансируя, тем самым, американскую экономику, а заодно и антироссийскую внешнюю политику. В то время как именно золото может и должно быть тем «стандартом», на который равняется рубль и уж точно, разумной и надежной альтернативой при хранении частных сбережений. А возможность участия индивидуальных предпринимателей в золотодобыче приведет к созданию целого слоя людей, которые скорее перережут кому-то глотку, чем отдадут Колыму и Лену иностранцам. Другое дело, что раздел сверхдоходной отрасли сам превращается в перерезание глоток, и ни одна Золотая лихорадка не обходится без разгула криминала. Но если это будет здешний криминал, а не очередной захват сектора российского рынка южными мафиями и иностранцами, то даже этот криминал будет к лучшему.

У России на Северо-Востоке лишь три союзника – нефть, золото и вечная мерзлота. И если она сможет овладеть ими и пустить себе на пользу, то «Лена-ленд» рассосется с геополитических карт как призрак.

0.048587083816528